ПрезиДЕНТ
Войти  
Подписка 0
Kseniy

22-11-2015 День рождения и обороны Варварки

Оцените эту тему:

5 сообщений в этой теме

День рождения и обороны Варварки

20.11.2015

c1ab71ad1d556b8c77e4f23dd1029a08.jpg

 
 

Столичное градозащитное движение «Архнадзор» пригласило москвичей на «День рождения Варварки» 22 ноября.

 

С 12.00 до 16.00 лучшие краеведы Москвы проведут несколько авторских экскурсий по Варварке, различные по маршруту, тематике и продолжительности.

 

Аналогичную просветительскую акцию градозащитники проводили год назад, к 580-летию почтенной московской улицы. В 2015 году день рождения Варварки с легкой подписывающей руки столичных властей приходится встречать «с любовью и тревогой». И День рождения превращается в День обороны Варварки.

 

Гостям праздника расскажут не только о реставрационных находках и достижениях последнего года, но и о проекте нового многофункционального комплекса, который грозит похоронить под собою последние дома Зарядья, уцелевшие в градостроительной мясорубке середины ХХ века.

 

Здесь уже устанавливают леса, готовясь к сносу доходных домов Персиц и страхового общества «Якорь». От первого останется только фасадная стена, а второй вместе с дворовыми корпусами снесут полностью, построят заново «исторический» фасад – и за этой ширмой должен вырасти громадный стеклобетонный сундук.

 

По соседству с тонкими изящными храмами, в охранной зоне Московского Кремля, вопреки всем законам и международным обязательствам.

 

Этот проект был представлен 16 октября на Московском урбанистическом форуме. А в сентябре городские власти выдали застройщику ГПЗУ (градостроительный план земельного участка), из которого следует, что запроектированный объект как минимум вдвое превосходит по площади существующие здания.

 

Таким образом, идею Президента РФ Владимира Путина о создании в Зарядье парка столичные власти обратили в привычное нагромождение дорогих квадратных метров. Со сносом исторических зданий (официальный статус – ценные градоформирующие объекты) и искажением панорам объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО.

 

Очевидно, что облик и габариты проектируемых объемов откровенно противоречат определению «регенерации» исторической застройки в охранных зонах, утвержденному Правительством РФ в сентябре 2015 года. 

 

Поскольку по отношению к мэрии «Архнадзор», видимо, не питает иллюзий, градозащитники призывают на помощь граждан-горожан. И те, кто придет на праздник 22 ноября, и те, кто не дойдет, смогут подписать специальную петицию  в защиту последних домов Зарядья.

Изменено пользователем Kseniy
1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
20
ноября
День рождения Варварки

c47fae0d3-458x306.jpg
Общественное движение «Архнадзор» при поддержке проекта «Москва, которой нет», МГО ВООПИиК, открытого культурно-просветительского проекта «Школа наследия»
при информационной поддержке портала Архи.ру, сайта «Хранители наследия», Территориального сообщества «Хитровка» и Книжного магазина-лектория «Читалка» приглашает

 

Год назад «Архнадзор» совместно с Патриаршим подворьем храмов в Зарядье, приходом церкви Св. Троицы в Никитниках, музеями «Старый Английский двор» и «Палаты бояр Романовых» отметил 580-летие Варварки – древнейшей по упоминанию московской улицы, «день рождения» которой определяется с летописной точностью.

Варварьская улица впервые упомянута во Владимирском летописце в ноябре 1434 года, когда в одном из ее храмов был погребен блаженный Максим. По новому стилю этот день приходится на 24 ноября, когда и празднуется память св. Максима.

В этом году «Архнадзор» в партнерстве с несколькими городскими проектами вновь приглашает отметить день рождения Варварки – в ближайшее к дню св. Максима воскресенье, 22 ноября. Мы приглашаем увидеть, как изменилась за этот год Варварка: оценить ход или результаты реставрационных работ в церквях Свв. Варвары, Максима, Георгия, Иоанна Предтечи, в соборе Знаменского монастыря, в палатах Английского двора.

Увы, среди «подарков», приготовленных ко дню рождения Варварки чиновниками и девелоперами, есть и прямая угроза – сноса под видом реконструкции трех доходных домов, сохранившихся от старого Зарядья, под общим адресом: Варварка, 14. Здесь уже устанавливаются силовые леса, за которыми вскоре скроются фасады доходного дома Персиц и дома Страхового общества «Якорь».

С 12.00 до 16.00 лучшие краеведы Москвы проведут несколько авторских экскурсий по Варварке, различные по маршруту, тематике и продолжительности.

Участники экскурсий смогут подписать петицию в защиту последних доходных домов Зарядья, угроза сноса которых разительно противоречит смыслу президентского проекта парка в этом квартале.

Посещение экскурсий по записи. Регистрация на TimePad:

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Зарядье: Ломать - не строить!

3_51100070.jpg 3_51100060.jpg

Зарядье — исторический район Москвы, находившийся в южной части Китай-города между Варваркой и Москвой-рекой. Сейчас Зарядья как такового больше не существует, однако оно осталось в истории Москвы и в памяти старых москвичей.

Зарядье в XIII—XVIII веках

По данным археологических исследований 1948–1950 гг., первое поселение на этом месте возникло в XII–XIII веках. Расцвет Зарядья относился к концу XVI века — времени правления Бориса Годунова, когда Зарядье было многолюдным ремесленным и торговым центром.
В 1534–1538 годах Зарядье вместе с остальным Китай-городом было окружено кирпичной крепостной стеной.

111_503-2.jpg 111_494-2.jpg 111_495-2.jpg

Здесь, в Зарядье, в 1555 году появилось одно из первых каменных гражданских зданий Москвы — Английское подворье. К XVII веку в районе сложилась сеть улиц и переулков — главная улица Зарядья — Великая (впоследствии Мокринский переулок) — вела от Константино-Еленинских ворот Кремля к торговой пристани на берегу Москвы-реки; от Варварки к реке спускались Зарядьевский, Малый Знаменский (впоследствии Максимовский), Псковский и Кривой переулки; параллельно Варварке проходили Мытный, Большой Знаменский (впоследствии Елецкий) и Ершов переулки. Ближе к кремлевской стене образовались Москворецкая улица, Васильевская площадь и Маслов переулок. В 1782 году в стене Китай-города, шедшей вдоль Москвы-реки, были сделаны Проломные ворота, в результате чего Зарядье получило выход на Москворецкую набережную и к реке.

111_499-2.jpg 111_500-2.jpg

В отличие от остальных частей Китай-города, лежащих на холме, часть Зарядья находится в низком месте, отчего раньше она страдала от паводков и подтоплений. Некоторые древние постройки выжили в Зарядье благодаря тому, что новое крупное строительство здесь считалось небезопасным.

111_496-2.jpg

Зарядье в XIX-ХХ веке

Во время пожара 1812 года всё, что могло в Зарядье сгореть, сгорело. Новая застройка состояла из двух- и трёхэтажных каменных домов, в нижних этажах которых помещались лавки и склады, а верхние были жилыми. Дома строились специально для недорогой сдачи внаем, и архитектура построек была самый экономный — многие дома не имели лестничных клеток, вместо которых во дворах были устроены открытые лестницы и галереи («галдарейки», как звали их москвичи) с входами в квартиры.

111_498-2.jpg 111_515-2.jpg

В конце XIX – начале XX века появились 4–6 этажные доходные дома.
В конце XIX - начале XX века Зарядье стало центром формирования московской еврейской общины. Здесь находилась гостиница "Глебовское подворье", в которой с 1826 года разрешалось останавливаться еврейским торговцам. Потом и весь район стал заселяться евреями — ремесленниками, торговцами. К концу 1870-х годов в Зарядье было уже две синагоги. Часть переулков превратилась в настоящие "местечковые" базары.

Уничтожение Зарядья

В начале XX века Зарядье, находящееся в самом центре города у стен Кремля, стало ветшать и постепенно превращаться в трущобы. Уже в 1920-е годы советское правительство задумалось о его переустройстве. Но все ограничивалось сносом, планов строительства пока не было. В начале 1930-х годов снесли Нижние торговые ряды, затем, в 1934 году, начали снос Китайгородских стен и башен. (Заметим, что часть стены вдоль Китайгородского проезда в 1960-х годах была восстановлена).

111_512.jpg

111_491-2.jpg 111_517-2.jpg

Дальше за дело взялся академик Щусев. По его проекту реконструкции в 1936 году рядом со старым Москворецким мостом началось строительство нового моста и расчистка кварталов, прилежащих к мосту и Васильевской площади. Проектом Щусева предусматривалось значительное расширение проездов у Москворецкого моста, а их можно было расширить, только уничтожив часть Зарядья.

111_497-2.jpg 111_507-2.jpg 111_514-2.jpg
111_513-2.jpg

В это же период на Зарядье свалилась еще одна напасть — подтопление нижней части района в связи с подъемом уровня грунтовых вод, вызванным повышением уровня Москвы-реки в результате строительства каскада подпорных плотин и канала им. Москвы. Участь Зарядья была решена, и в конце 1930-х годов массовый снос района начался.
Уничтожение Зарядья не было прямо связано с конкретными планами какого-то нового строительства. До войны разными архитекторами предлагались различные концепции перестройки района. Многие предлагали полный снос, включая почти весь Китай-город, с тем, чтобы Мавзолей Ленина, Красная площадь, ансамбль Московского Кремля и грандиозные новостройки создали бы единую декорацию для всенародных торжеств и празднеств трудящихся. Однако, реального проекта, воплощающего такие идеи, создано не было.
В 1935 году Сталин одобрил генеральный план реконструкции Москвы, по которому в Зарядье предполагалось возведение монументального высотного здания. Вначале предполагалось, что будет строиться высотное здание Наркомтяжпрома на 4 тысячи кабинетов. Позднее решили строить второй Дом Совнаркома по проекту архитекторов братьев Весниных. Есть сведения, что весной 1941 года этот проект стали осуществлять, но помешала война.
Судьбой Зарядья снова занялись после Победы. В 1947 году Совет Министров СССР принял специальное постановление № 53 «О строительстве в Москве многоэтажных зданий», и 7 сентября 1947 года, в день празднования 800-летия Москвы, состоялась торжественная закладка сразу восьми высотных зданий. Но построили только семь. Где же восьмое? — Оно должно было стоять в Зарядье!

111_489-2.jpg 111_490-2.jpg

Главный архитектор Москвы Д.Чечулин запроектировал здесь 32-этажное здание на 2 тысячи кабинетов. Здание венчал золоченый многогранный шпиль (общая высота здания со шпилем — 275 метров). Ведомственная принадлежность здания не оговаривалась, однако, существуют упоминания о том, что на него имел виды Л.П.Берия, который по линии МВД/КГБ курировал строительство московских высоток. Здание должно было перекликаться с вертикалью Дворца Советов, строившегося по другую сторону Кремля. Обе эти новые доминанты призывались формировать панораму столицы мирового пролетариата.
К 1953 году в Зарядье был возведен громадный стилобат (платформа, под которой размещалось бомбоубежище и технические помещения) и на нем стал возводиться стальной каркас, доведенный до 14-ого этажа, т.е. почти до половины проектной высоты. Одновременно со строительством доламывали остатки старого Зарядья. Но ломали только то, что мешало стройке; многие дома, стоявшие вдоль Варварки и Москворецкой улицы, исчезли лишь в конце 1960-х годов!

111_506-2.jpg 111_511-2.jpg

После 1953 года, со смертью Сталина, градостроительная политика переменилась, и стройку остановили. Не исключено, что это решение было принято в связи с арестом и расстрелом Берии, поскольку остальные высотки все-таки продолжали строить и достроили, а эту — заморозили.
В 1959 году тот же архитектор Д.Чечулин предложил использовать место, подготовленное для его высотного детища, под строительство большой гостиницы. Работая над проектом, Чечулин выезжал за границу, где знакомился с лучшими образцами зарубежных гостиниц, консультировался с руководством сети отелей «Хилтон». В 1960 году проект «русского Хилтона» получил одобрение правительства. В 1964 году началась разборка уже изрядно заржавевшего стального каркаса высотки и строительство новой гостиницы на старом стилобате. 1 января 1967 года (в год 50-летия Октябрьской революции) гостиница «Россия» была введена в эксплуатацию. Число мест в «России» (2700 номеров на 4750 мест) планировалось из расчета количества приезжающих в Москву делегатов партийных съездов, которые с 1961 года проводились в Кремлевском Дворце съездов.

1_405-2.jpg 43_57-2.jpg

Гостиница «Россия» долгие годы была самой крупной гостиницей в СССР, а до середины 1970-х годов — самой большой в Европе. Здание «России», занимавшее площадь около 13 гектаров, состояло из четырех 12-этажных корпусов, составлявших замкнутый прямоугольник. В центре северного корпуса гостиницы находилась высотная 21-этажная часть. В 1971 году в здании гостиницы был открыт крупнейший в стране Центральный концертный зал «Россия». В стилобатной части оборудовали роскошный по тем временам двухзальный кинотеатр «Зарядье».
Пропорции гостиницы «Россия» позволяют визуально оценить масштабность ранее задуманного Чечулиным высотного здания — размеры всей гостинцы «Россия» сопоставимы с размерами одной лишь нижней пятиэтажной ступени той несостоявшейся высотки.

111_508-2.jpg 111_509-2.jpg

С первых дней работы гостиница «Россия» пользовалась репутацией «советской гостиницы № 1». Интерьеры гостиницы были запечатлены во многих художественных фильмах, в том числе в популярном детективе «Ошибка резидента» и в знаменитой комедии «Мимино». Для певцов и эстрадных артистов выступление в концертном зале «Россия» было равносильно государственному признанию их творчества. За годы своей работы гостиница «Россия» приняла свыше 10 миллионов постояльцев, в том числе свыше 2 миллионов иностранцев.

19_203-2.jpg

Черной датой в истории гостиницы стало 25 февраля 1977 года. Вечером этого дня возник пожар. Загорелись одновременно 5-й, 11-й и 12-й этажи северного корпуса. Люди, находившиеся выше 12 этажа, в том числе посетители ресторанов на 17-м и 22-м этажах, оказались в ловушке; те, кто пытался спуститься по лестницам вниз, задыхались и гибли в дыму. По свидетельству очевидцев, огонь и дым распространялись с необыкновенной быстротой. Есть версия, что виной тому были синтетические ковровые покрытия и обои.
На место пожара выехали все пожарные силы Москвы и Московской области — в общей сложности 1400 пожарных, 35 автоцистерн, 61 автонасос, 97 водяных стволов, 19 автолестниц. Лестницы доставали только до 7-го этажа, и тогда пожарные пошли на беспримерный шаг: связав легкие штурмовые лестницы, протянули их от 7-го до 22-го этажа и по этим зыбким связкам спускали людей. Всего на пожаре в гостинице «Россия» было спасено более 1000 человек. 42 человека погибли, 52 человека, в том числе 13 пожарных, получили травмы. Пожар 1977 года вошел в историю как один из крупнейших пожаров XX века не только в СССР, но и в мире. История этого пожара в слегка измененном виде показана в романе В. Санина «Большой пожар», а позднее режиссером А. Тизенгаузеном был снял фильм-расследование «Пожар в гостинице “Россия”».

67_202-2.jpg

Официальной причиной пожара в «России» был объявлен оставленный в помещении радиоузла включенный паяльник. Неофициальных версий много, в том числе поджог и террористический акт, тем более что в ту же самую ночь в Москве горело здание издательства газеты «Правда», а незадолго до этих событий, 8 января 1977 года, произошел взрыв в московском метро. Достоверно одно — тушение «пожара века» вписало героическую страницу в историю советской пожарной охраны. Не случайно на правом крыле здания ГУ ЧС Москвы установлены мозаики, изображающие пожар в Большом театре 1853 года и пожар в гостинице «Россия» 1977 года — память о мужестве тех, кто боролся с самыми крупными пожарами в недавней истории города.
После восстановления гостиница «Россия» по-прежнему пользовалась популярностью у приезжих. Однако, в апреле 2004 года московское правительство озаботилось возвращением Зарядью «исторического облика» и (по совету неведомых консультантов) приняло решение о сносе гостиницы. 1 января 2006 года гостиница «Россия» была закрыта, и 29 марта того же года начался демонтаж здания.

45_344-2.jpg 45_336-2.jpg

Первоначально предполагалось, что Центральный Концертный зал «Россия» все же будет сохранен, но 19 октября 2006 года мэр Ю.Лужков принял решение о сносе и его. К концу июля 2007 года здание гостиницы было полностью разобрано. Ю.Лужков неоднократно публично заявлял, что из панелей гостиницы «Россия» можно построить четыре новых гостиницы на окраинах Москвы. Но про этот план как-то потом забыли. На том и закончили. Рушить больше нечего...
А может и строить ничего здесь больше не надо? Уж очень хорош открытый вид Варварки с древними церквушками. А на многострадальном стилобате уместилась бы концертная площадка получше, чем на Васильевской площади; и зимний каток здесь был бы больше к месту, чем на Красной площади против Мавзолея...

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Спасибо Ксения за напоминание о давно забытых временах))).

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

- Как Вы думаете, может случиться такое, что в один прекрасный день Президент Путин скажет: «Мы должны спасти Боровицкую площадь и Варварку, 14»?

 

 

Франческо Бандарин: Дискуссию по Боровицкой площади нужно начинать заново

05.02.2016
297d4e7ede9e0938c7d67aa31f97c113.jpg

ЮНЕСКО будет создавать силы быстрого культурного реагирования

 

Во время январского визита в Москву заместитель Генерального директора ЮНЕСКО Франческо Бандарин посвятил много времени как осмотру проблемных мест в буферной зоне Московского Кремля – Зарядью и Боровицкой площади – так и дискуссиям об их будущем. Поскольку он высказал на эту тему ровно столько, сколько мог высказать, мы не стали говорить с ним исключительно об этих сюжетах.

 

В интервью «Хранителям Наследия» Франческо Бандарин рассуждает о взаимоотношениях России и ЮНЕСКО, меняющихся критериях всемирной универсальной ценности объектов, новых идеях по спасению памятников в зонах военных конфликтов и природных катаклизмов. И о Боровицкой площади, конечно.

 

- Господин Бандарин, как бы Вы охарактеризовали уровень и активность сотрудничества ЮНЕСКО и Российской Федерации? Можем ли мы говорить об эволюции этих связей?

 

- Отношения между Россией и ЮНЕСКО очень давние. Россия в ЮНЕСКО всегда была очень широко представлена и оказывала нам всестороннюю поддержку. И в последние годы Российская Федерация была одним из крупнейших партнеров по научным и культурным программам. Сейчас ситуация немного поменялась по сравнению со временами Советского Союза, но у нас по-прежнему много русских коллег в ЮНЕСКО – преимущественно в науке, например, заместитель генерального директора Международной океанографической комиссии.

 

Россия – это страна, у которой огромные «запасы» наследия – культурного и природного. Это очевидный партнер для нас. Во времена Советского Союза ваше правительство было весьма активно в своем стремлении включать объекты в Список Всемирного наследия. Причем это были объекты с очень широкой и исчерпывающей концепцией наследия, например, Санкт-Петербург (тогда Ленинград). Ваши эксперты тогда предложили объект культурного наследия, который, возможно, является крупнейшим городом-памятником в мире. Периметр исторического города Санкт-Петербурга, действительно, очень протяженный, объект наследия состоит из многих частей, скажем, императорских дворцов, которые рассредоточены по всему региону. И это сегодня стало проблемой, так как объект теперь разделен между Санкт-Петербургом и Ленинградской областью. Мы вынуждены были начать комплексную ревизию границ памятника, которая продолжается до сих пор.

 

Для нас интересно и полезно то, что Россия обладает рядом памятников природы в разных своих регионах, но преимущественно это Кавказ, Сибирь – скажем, озеро Байкал, остров Врангеля, Камчатка. Ваша страна – важная часть мирового природного наследия. Причем отношения с государственными и управленческими структурами этих объектов у нас всегда довольно открытые и партнерские.

 

Я помню два довольно показательных примера, связанных с Россией – это башня «Газпрома» в Санкт-Петербурге и трубопровод близ озера Байкал. В первом случае мы считали, что башня – не очень хорошая идея, так как она меняла пейзаж города, который и тогда и сейчас сохраняется - я имею ввиду, конечно же, профили и очертания крыш, «небесной линии». Также этому проекту очень активно сопротивлялись местные жители. Я ездил туда 2-3 раза, обсуждал все с губернатором Валентиной Матвиенко. Я также приехал в Москву и говорил там с людьми из «Газпрома». Они пригласили архитектора проекта, Тони Кеттла из Эдинбурга, у нас была продолжительная дискуссия. Все это было очень непросто. Но, в конце концов, правительство осознало, что не очень удачная идея – делать такие большие инвестиции фактически в такую мощную оппозицию, вкладывать биллионы долларов, чтобы получить столь негативную реакцию. И они отменили проект. То есть, как видите, может понадобиться много времени, но, в конце концов, вы примете мужественное решение.

 

Еще более ответственное решение было принято в случае с озером Байкал, когда Россия решила развернуть уже спланированную нитку трубопровода. Решили построить нефтепровод для перегонки нефти в Китай. И труба должна была пройтипо территории водосборного бассейна озера Байкал! Это создало бы массу рисков для уникального природного наследия. И опять понадобилось много времени, я приезжал в Москву несколько раз, беседовал с министрами. Но мы никак не могли найти решение. И вот однажды Президент Путин сказал – мы должны спасти Байкал и развернул трубопровод: одно это решение стоило более миллиарда долларов. Но это доказывает, что в России сознательный подход к среде.

7bae6eb6925c30c21c4d7d66b8ae0d65.jpg

 

- Как Вы думаете, может случиться такое, что в один прекрасный день Президент Путин скажет: «Мы должны спасти Боровицкую площадь и Варварку, 14»?

 

- Почему бы нет? Я не исключаю такого развития событий. Ваши лидеры принимают смелые решения. В Европе я не думаю, что политики на такое бы пошли, потому что это слишком дорого и сложно. Я понимаю, что люди в России не всегда довольны правительством и вообще в мире ничто не совершенно. Но Россия – действительно страна, которая заботится о своем наследии ЮНЕСКО, поверьте мне.

 

Сравните с тем, что делают другие государства. Мы с ними разговариваем, обсуждаем, высокопоставленные люди вроде бы все понимают, но затем происходят страшные вещи. Порой чувствуешь абсолютное бессилие, когда они что-то хотят построить или наоборот снести. И ты никак на это не можешь повлиять.

 

В России, по крайней мере, есть кто-то на другом конце провода, кто слушает. Я хорошо настроен в отношении вашей страны, так как вижу конкретные результаты и уже имею позитивный опыт.

 

У нас был еще один интересный опыт в Петербурге 4 года назад. Тогда проходила Сессия Комитета Всемирного наследия в Таврическом дворце, в котором сейчас располагается штаб-квартира Межпарламентской ассамблеи стран СНГ.

 

Все было очень хорошо организовано. Тогда впервые мы узнали о разрушении памятников в Мали – это был момент, когда салафиты уничтожили мавзолеи в Тимбукту. И Комитет принял решение провести публичную акцию на Сенатской площади. Россия – отличный партнер и будет отличным партнером в ситуации с крупнейшим вызовом ближайших 20 лет – это восстановление, реконструкция и реставрация того, что ДАИШ (организация, запрещенная в России – прим. Ред.) разрушило на Среднем Востоке. Мы уже начали процесс обсуждений с Россией этой темы.

0b02777d510833b76589b83ab95a4394.jpg

Уничтожение Нимруда в Ираке 5 марта 2015 года

 

- ДАИШ – это новый вызов всему мировому сообществу. Как он влияет на работу ЮНЕСКО? Есть ли у организации стратегия, как – если не остановить, конечно, то хотя бы минимизировать потери и ущерб Всемирному наследию, спасти то, что еще возможно спасти?

 

- На данном этапе ЮНЕСКО старается быть на шаг впереди, чем обычно. Обычно ничего невозможно сделать, пока идет война, - только после. Думаю, на этот раз мы должны сделать немного больше, даже в разгар конфликта. Потому что невозможно оставаться безмолвным свидетелем, стоять и смотреть, что происходит. У нас есть офис в Бейруте, мы помогаем людям, которые в зоне конфликтов занимаются защитой и спасением памятников и музеев. Но самое главное, к чему мы стремимся – это иметь возможность находиться в зоне боевых действий и бедствий.

 

В ноябре прошлого года ЮНЕСКО одобрило Стратегию, которая призывает страны сформировать силы специального назначения. Небольшие группы людей, которые обучены действиям в зонах военных конфликтов и стихийных бедствий, могут помогать людям и вместе с тем обладают знаниями в сфере защиты и сохранения наследия.

 

Эти спецотряды должны действовать совместно с миротворцами и участвовать в операциях по освобождению. Наша задача – обучить людей навыкам сохранения наследия и установить связь между ЮНЕСКО и конкретными странами, чтобы помочь с мобилизацией ресурсов и с технической экспертизой.

 

И все это актуально не только для войн, но и – даже в большей степени – для стихийных бедствий, таких как, например, землетрясение в Непале 2015 года, когда серьезно было разрушено наследие Катманду.

 

И в этой программе Россия может быть очень серьезным партнером. У страны есть замечательные возможности – и технические, и культурные, а также варианты помощи в транспортировках. Я уверен, что в Сирии и на Среднем Востоке Россия станет одним из лучших партнеров.

 

Мы также сейчас работаем с Италией, Францией, Австрией. Мы работаем со странами, у которых есть техническая и финансовая возможность нам помочь. И я думаю, что после серии тренингов и экспериментов мы предложим такую услугу там, где требуется немедленное реагирование. В случае опасности – землетрясений, наводнений – мы будем обращаться к определенным странам и организовывать совместные с ЮНЕСКО миссии в течение 24 часов.

 

Безусловно, для нас приоритетом является гуманитарный аспект: сначала люди, потом памятники. Но мы также знаем, что наследие – важная часть национальной идентичности и важно для восстановления страны после конфликта.

 

В случае стихийных бедствий, как известно, самое критическое время – это не в момент катастрофы, а после нее. Часто здания не падают, но получают серьезные повреждения. И если не предпринять необходимых мер, они рухнут. Однако если что-то будет сделано в первые дни, их еще можно спасти. Может быть также спасен и использован впоследствии строительный материал зданий. Таким образом действия в момент опасности очень важны для сохранения наследия, но пока у нас нет мощностей для немедленного вмешательства.

 

Новая стратегия позволит ЮНЕСКО помочь многим странам в плане быстрого реагирования, и вот это станет настоящим прорывом. При условии, конечно же, уважения правил обеих сторон конфликта.

 

Итак, идея в том, что когда Совет безопасности ООН отправляет военную миссию – для установления мира или для поддержания мира – он также отправляет вместе с этим контингентом и миссию ЮНЕСКО. Вот это наша цель на будущее.

 

- Мы должны отметить, что вопрос культурного наследия теперь как никогда важен и в политической повестке. И мы знаем, что рынок незаконного оборота культурных ценностей и наследия приносит ДАИШ огромные дивиденды. Что в данном вопросе может сделать ЮНЕСКО?

 

- Совет безопасности выпустил ряд резолюций по защите наследия Ирака и Сирии, но то, что сейчас происходит – это настоящая катастрофа. Незаконный оборот ценностей – очень мощный. Думаю, что он начал набирать силу после первой войны в Ираке в 1991 году. Системы контроля были дестабилизированы, а когда ты теряешь контроль над территорией, ее тут же захватывают криминальные организации и начинают действовать. Схемы – те же, что у наркотрафика. Ирак был серьезно ослаблен санкциями, которые действовали 20 лет после войны 1991 года, затем началась следующая война, и вот вы видите, что произошло с Национальным музеем Ирака в Багдаде и другими археологическими памятниками.

 

То же самое случилось в Сирии после коллапса системы. ДАИШ контролирует древние города и регионы, наиболее важные памятники – Пальмиру, Мари, Эблу и другие.

 

Боевики ДАИШ делают целые состояния на продаже предметов искусства, которые они добывают грабежами музеев и раскопок. Миллионы долларов. Черные рынки сейчас переполнены предметами из Сирии, Ирака и даже Египта. Такие рынки есть везде – в Европе, в Ливане, в Дубаи: и это только стимулирует незаконный трафик. На данный момент у нас нет эффективных инструментов противодействия этому.

 

Существует Конвенция 1970 года по борьбе против незаконного оборота культурных ценностей, но если вы сравните возможности криминальных структур и международной системы по противодействию этому трафику, то увидите, что соотношение приблизительно 100 к 1.

 

Мы обращаемся в Интерпол, который ведет базу данных таких объектов. Но зачастую у них нет никаких инвентарных номеров (ID), так как их просто выкапывают из земли, и таких предметов – почти 90% от всего трафика.

 

Через несколько месяцев мы проведем важное совещание по этому вопросу, причем будем искать решения и на политическом, и на техническом уровнях. Мы хотим подготовиться к процессу послевоенного восстановления, хотим объединить экспертов, чтобы расставить приоритеты наших будущих действий. При определенных обстоятельствах мы отреставрируем то, что возможно, или восстановим то, что было разрушено… Нам нужно сформулировать принципы будущего сотрудничества.

 

Также нам нужно понять, кто основные стороны процесса. На данный момент политическая ситуация очень сложная. Нам повезло, что в Сирии есть Маамун Абдулкарим - Генеральный директор департамента древностей и музеев Сирии, он очень мужественный человек. Он настоящий герой, который каждый день рискует жизнью.

6ffa9dc2549f1d9a3a4f6e6fdaf1ce96.jpg

Маамун Абдулкарим, генеральный директор департамента древностей и музеев Сирии

 

Он организовал гигантскую логистическую операцию по эвакуации ценностей из районов боевых действий и мест, которым угрожает ДАИШ, в секретные безопасные районы. Он установил связи с людьми, которые находятся на оккупированных ДАИШ территориях, имеют отношение к наследию и знают оперативную ситуацию. Я надеюсь, мы найдем партнеров по переговорам в Сирии, которые смогут работать в оккупированных районах.

 

Тем не менее, мы можем ездить в Дамаск, так как у нас есть офис в Ливане и связь существует. Мы думаем, что этот год будет очень важен и политическая ситуация изменится. Российская сторона в Сирии активно действует, как и Евросоюз, как и США, и мы надеемся, что изменения вскоре настанут.

 

И вполне возможно, что в течение этого года мы сможем вернуться в Пальмиру. Памятнику был нанесен очень серьезный ущерб, два наиболее важных свидетельства античной цивилизации – храмы Бэла и Баалшамина были взорваны. Мы постараемся что-то сделать, но это будет длительный процесс.

92ab82721f6bfbef15eb44940f889a20.jpg

Храм Бэла в Пальмире (центральное строение разрушено летом 2015 года)

f967b5edaa52df310404c5a831f50927.jpg

Храм Баалшамина в Пальмире (взорван летом 2015 года)

 

- В нашей стране сейчас идет работа по подготовке новых номинаций в Список Всемирного наследия. Можете ли Вы дать совет нашим экспертам - как отличить памятники, обладающие действительно всемирной ценностью, от объектов, ценных только для одной страны?

 

- На эту тему написано много методик, есть различные критерии. Все они основаны на профессиональной оценке и сорокалетней практике.

 

- Но ведь эти критерии меняются, они уже не те, что 40 лет назад?

 

- Конечно, все не делится на черное и белое, существует эволюция и в оценке. Памятники, которые 40 лет назад считались исключительно национальной ценностью, могут со временем представлять все больший интерес для будущего. Конвенция развивается. Наши отцы-основатели полагали, что Всемирное наследие включает 100 памятников, и их основная идея была сохранить эти 100 памятников. Теперь их у нас 1033.

 

Список Всемирного наследия меняется по двум причинам. Ну, во-первых, Конвенция – это наш общий успех, который отражает предпочтения правительств и общества.

 

Во-вторых, изменилась сама концепция наследия. Сегодня мы называем наследием не то, что называли 40 лет назад. В начале концепция была привязана к крупным объектам и, возможно, к известным городам, таким как Венеция или Флоренция. Сейчас взгляд на наследие гораздо более широкий. Мы увеличиваем число категорий – пейзажи, инфраструктура, наследие науки, природное наследие. Например, во Франции есть объект Всемирного наследия ЮНЕСКО – Каналь-дю-Миди (Южный канал), представляющий собой инфраструктуру XVIII века. Есть и масса других типов наследия.

6f91b4812b100c2df1b102e493e816f3.jpg

1b7857e92cf2fdd3a761d2242587d428.jpg

Каналь-дю-Миди (Южный канал) во Франции

 

Сегодня мы считаем, что наследие – это не только нечто абсолютно уникальное. Это лучшее из лучшего, то, что самым ярким образом представляет ту или иную категорию наследия, и такой подход расширяет возможности стран определить формы и виды своего наследия. Мы их поддерживаем и, порой, подбодряем – смотрите, что у вас есть, почему вы не смотрите на это, на то. Иногда правительства думают, что объектами ЮНЕСКО могут стать только масштабные памятники, и не замечают действительно ценных вещей – особенно это касается исторических городов, таких как, например, Джокьякарта - фантастический город в Индонезии, или Чандигарх, Индия, замечательный современный город в штате Пенджаб.

 

Порой очень важны пейзажи, да и даже современная архитектура. Скажем, в Уругвае есть Эладио Диесте – великий архитектор XX века. Мы им говорили – почему вы не рекомендуете ЮНЕСКО его здания, ведь они фантастические. То есть мы поощряем появление новых номинаций, чтобы сделать наш Список более репрезентативным.

 

В Центре Всемирного наследия мы сделали 10 тематических программ, призванных поддержать страны-участницы в процессе выявления памятников. Каждая из них помогает оценить наследие определенного вида, организовать конференции и встречи с экспертами, то есть сопровождает процесс. Но окончательное решение принимается только самим государством.

 

Подобная работа помогает нам сбалансировать Список. Он называется Список Всемирного наследия, но половина памятников находится в Европе. А мы хотим сделать его на самом деле универсальным. В последние годы мы увеличили число памятников вне Европы. Мы расширили некоторые категории. Наиболее важная часть – это появление доисторических памятников. Их включали и раньше, но только в форме наскальной живописи. Но ею доисторические памятники не ограничиваются, они также касаются свидетельств развития человечества, и вот что мы сейчас делаем: выявляем и поддерживаем номинации памятников, которые демонстрируют эволюцию.

 

Ну, а на самом деле все зависит от возможностей государства организовать процесс. Чтобы сделать памятник объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО, надо его выявить, защитить, собрать информацию для номинации. У ЮНЕСКО также работает система техподдержки государств, не имеющих достаточно возможностей для этого – государств Африки и Азии.

 

- Следующий вопрос касается работы мониторинговых миссий ЮНЕСКО. Иногда возникает впечатление, что они работают в секретном режиме. В России, скажем, их отчеты зачастую недоступны даже для специалистов. Вам не кажется, что было бы полезно публиковать отчеты, чтобы каждый мог знать выводы экспертов?

 

- Результаты обычно публикуются, когда работа уже закончена. Наши миссии не засекречены, но вы должны понимать, что их работа – часть межправительственного процесса. Мы должны уважать правила. Когда мы делаем отчет, он проходит стадии внутренней проверки и утверждения. И только после этого становится достоянием общественности.

86d408ba79af9e18f9bf40c67ced80d2.jpg

 

- Как Вы оцениваете результаты своего нынешнего визита в Москву?

 

- Я здесь потому, что с Институтом «Стрелка» мы сделали отчет по состоянию наследия в России и 11 бывших советских республиках. В ближайшие два месяца, видимо, я постараюсь устроить встречу всех экспертов, которые над проектом работали.

 

Я также приехал, чтобы обсудить предложение установить памятник Князю Владимиру в буферной зоне Кремля. У нас была очень интересная дискуссия. По возвращении я напишу отчет коллегам, так как тема требует серьезных размышлений. Я знаю, что в Москве идет огромная дискуссия, волны которой докатились до ЮНЕСКО. Мы отправляли сюда миссию ИКОМОС, которая сделала некоторые негативные выводы. Меня удивило то, что обсуждения до сих пор не касались ситуации в том районе в целом.

 

Боровицкая площадь очень важна, она граничит с Кремлем, как и Красная площадь, и я думаю, что дискуссия не должна ограничиваться только монументом, его установка – это не просто заполнение пустого пространства! Нет, смысл в том, чтобы сделать ре-дизайн территории, придать больше смысла публичному пространству и открыть его для людей. Сегодня это место выглядит как заброшенный участок: это то, что осталось после сносов зданий в 1970-е годы, и отношение к этой территории - как к периферийной транспортной развязке, а не как к объекту культурного наследия! Итак, я бы рекомендовал подходить к этому вопросу комплексно. Дискуссия должна быть перезапущена в правильном русле, с обсуждением предложений по переустройству всей территории. Я предложил провести небольшой конкурс среди архитекторов, чтобы получить несколько хороших идей для будущего образа площади.

 

И я уверен, что, в конце концов, правильное решение будет найдено.

 

Беседовали Евгения Твардовская, Константин Михайлов

 

 

Изменено пользователем Kseniy
1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас
Войти  
Подписка 0