ПрезиДЕНТ
Jeff

Джулиан Ассанж: Google не то, чем кажется

Оцените эту тему:

3 сообщения в этой теме

Джулиан Ассанж: Google не то, чем кажется

 

Наткнулся на WikiLeaks на публикацию отрывка из книги тов. Ассанжа «When Google Met WikiLeaks» и был заинтригован занимательным чтивом. Государственные перевороты, слежка, сговоры с правительством – чего там только нет. Собственно, хочу поделиться им с вами, только в переводе на русский. Отрывок опубликован довольно объемный, посему перевод подготовлю частями. Оригинал доступен круглосуточно на WikiLeaks, так что все желающие могут ознакомиться с ним в полном объеме, а за переводом добро пожаловать под кат.

cccd910c69374e54a496d444c30abd75.png
Председатель совета директоров Google Эрик Шмидт делится шуткой с Хиллари Клинтон в ходе «непринужденной беседы» – специальной встречи с сотрудниками компании в главном офисе в Маунтин-Вью, Калифорния, 21 июля 2014 года

***

Эрик Шмидт довольно влиятельная фигура, даже среди тех могущественных личностей с кем мне приходилось пересекаться на моем пути, с тех пор как я создал WikiLeaks. В середине мая 2011 я находился под домашним арестом в графстве Норфолк, что примерно в трех часах езды на северо-запад от Лондона. Карательные меры против нашей деятельности развернулись тогда во всю и каждый момент тянулся, казалось, целую вечность. В то время трудно было чем-то привлечь мое внимание. Но когда мой коллега Джозеф Фаррел сказал, что исполнительный директор Google хочет условиться со мной о встрече, я весь обратился в слух.

В некотором смылсе высший эшелон Google был для меня более далеким и непонятным, чем правительственные кабинеты Вашингтона. К тому моменту мы цеплялись рогами со многими высокопоставленными американскими чиновниками уже долгие годы. Вся их загадочность улетучилась. Однако, центры власти растущие в Кремниевой долине были мне незнакомы и я внезапно осознал возможность проникнуться тем, что происходит с компанией, которая становится одной из самых влиятельных на планете. И именно Шмидт занял должность CEO в 2001 году и превратил Google в империю.

Я был заинтригован тем, что гора идет к Мухаммеду. Но лишь после того, как Шмидт и его компаньоны посетили меня, я понял кем они являлись на самом деле.

***

Заявленной причиной для встречи стала книга. Шмидт сочинял трактат совместно с Джаредом Коэном, директором Google Ideas. Книга должна была стать руководством к используемым в Google методам «мозгового штурма». В то время я еще мало знал о Коэне. По факту, Коэн перешел на работу в Google из госдепартамента США в 2010. Он был человеком поколения Y [прим. 1981-1990], генератором идей в правительстве меж двух государственных администраций, придворным из мира политических мозговых центров и институтов, попавшим туда в двадцать с небольшим лет. Он вырос в старшего советника Государственных секретарей Кондолизы Райс и Хиллари Клинтон. В правительстве, работая в службе Планирования Политики [прим. Policy Planning Staff, служба Государственного департамента США, выполняющая роль внутреннего «мозгового центра»] Коэн вскоре получил прозвище «Condi’s party-starter», передавая в политические круги модные словечки из Кремниевой Долины и производя восхитительную риторическую ерунду, вроде «Государственной дипломатии 2.0» («Public Diplomacy 2.0»). На его личной странице на сайте Совета по Международным Отношениям в его квалификации указано «Терроризм; радикализация; влияние технологий связи 21 века на государственность; Иран».

0373f781c13041628b77a733b4e0b85e.jpg
Директор Google Ideas Джаред Коэн делится своим видением геополитики с новобранцами армии США в лектории военной академии Вест-Поинт (West Point Military Academy), 26 февраля 2014 года

Это был Коэн, который работая в Государственном департаменте, писал CEO Twitter Джеку Дорси по электронной почте с просьбой отложить запланированные технические работы, чтобы содейстовать так и не состоявшемуся в 2009 году восстанию в Иране. Его задокументированный роман с Google начался в том же году, когда он подружился с Эриком Шмидтом, будучи на развалинах Багдада после оккупации. Всего месяц спустя Шмидт воссоздал внутри Google привычную Коэну среду обитания, разработав внутренний «мозговой центр», разместив его в Нью-Йорке и поставив Коэна во главе. Так появилась Google Ideas.

Позже, в этом году парочка написала для журнала Совета по Международным Отношениям «Foreign Affairs» материал, превозносящий реформаторский потенциал технологий Кремниевой Долины как инструмент внешней политики США. Описывая то, что они назвали как «коалиция подключений» («coalitions of the connected»), Шмидт и Коэн утверждают:
 

Демократические государства, строящие военные коалиции, имеют возможность строить подобные отношения и на основе технологий связи. [...] Они [технологии] предлагают новые пути для исполнения обязанности защищать своих граждан по всему миру.



В этом же тексте они упоминают о том, что данные технологии предоставляются преимущественно частным сектором («this technology is overwhelmingly provided by the private sector»). Вскоре после публикации, происходят события в Тунисе. Затем Египет, а после и на всем остальном Ближнем Востоке вспыхнули революции [упомянутые события относятся к промежутку 2010-2012 годов]. Эхо этих событий предстало настоящим спектаклем в онлайн-медиа для западных интернет пользователей. Профессиональные политические обозреватели, набившие руку на сглаживании событий при описании восстаний в поддержку про-западных диктаторов прозвали случившееся «Твиттер-революциями». Внезапно всем захотелось быть на пересечении точек глобального влияния США и социальных медиа, а Шмидт и Коэн уже застолбили себе местечко на этом поприще. Взяв рабочее название «Империя разума» («The Empire of the Mind»), они начали растягивать свою статью до размеров книги, попутно подыскивая большие и значимые имена в мире технологий и глобального влияния, чтобы сделать их частью своего исследования.

И они захотели встретиться со мной. Я согласился. Договорились на июнь.

Больше информации:
Оригинал отрывка на WikiLeaks
«When Google Met WikiLeaks» целиком (10 у.е.)
Обязательно посмотрите сноски в оригинальной статье – там материала еще на книгу
Вторая часть перевода
Третья часть перевода
Четвертая часть перевода
Пятая часть перевода
Шестая часть перевода

upd Немного географии
Углубляясь в перевод, заметил что Ассанж подробно описал конечную точку маршрута представителей Гугла из аэропорта в Лондоне до его локации – Восточная Англия, Норфолк, Бекклс («…into East Anglia to Norfolk and Beccles»). После непродолжительного гугления, выяснилось, что я напрасно поначалу обозвал Норфолк деревенькой, так как он оказался графством. А вот Бекклс – это город, в котором Ассанж пребывал во время своего домашнего ареста. Причем, этот город находится в графстве Саффолк (Suffolk), что граничит с упомянутым Норфолком. Так что, выходит, Джулиан тут немного запутался в английских провинциях (а может намеренно запутал следы, как знать).

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Google не то, чем кажется #2

theRunet публикует перевод заключительных отрывков книги Джулиана Ассанжа When Google Met WikiLeaks

 
main_WikiLeaks-Julian-Assange-Warns-Goog

С разрешения переводчика Сергея Ворничеса theRunet публикует заключительную главу из книги Джулиана Ассанжа When Google Met WikiLeaks. Речь в ней, как можно догадаться, идет о личном знакомстве Ассанжа с руководством корпорации. Ознакомиться с наиболее интересными выдержками из других глав книги можно здесь.

Google «другой». Google «зрит в будущее». Google «есть будущее». Google «больше, чем просто компания». Google «отдает дань обществу». Google — «сила добра».

Даже когда Google показал свое корпоративное раздвоение чувств публике, это не сильно сказалось на вере в компанию. Ее репутация, казалось бы, непоколебима. Красочный, игривый логотип Google отпечатывается на сетчатке человеческих глаз чуть менее шести миллиардов раз каждый день, 2.1 триллиона раз в год — возможность для обработки, какой не было ни у одной компании в истории [прим. цифры приведены на 2013 год]. 

Пойманный за руку с петабайтами личных данных, открытых для доступа правительственной разведке по программе PRISM в прошлом году, Google тем не менее продолжает без особых усилий держаться на том же уровне за счет своей демагогии «don’t be evil». Несколько символических открытых писем Белому Дому, и, кажется, все прощено. 

Даже борцы со слежкой не в силах себе помочь, осуждая правительственный шпионаж и одновременно пытаясь изменить агрессивные практики слежки Google, используя стратегию миротворца [прим. речь идет об Эдварде Сноудене и его интервью месяц спустя после побега из АНБ].

Никто не хочет признавать, что Google вырос большим и скверным. Но так и есть. За свой срок пребывания на посту CEO в Google, Эрик Шмидт сумел интегрировать компанию с теневыми структурами правления США, по мере ее разрастания, в географически агрессивную мегакорпорацию. 

 

Однако, Google всегда было комфортно с такой близостью. Задолго до того, как Ларри Пейдж и Сергей Брин наняли Шмидта в 2001 — их первоначальные исследования, на которых была основана Google, частично финансировались агентством DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency, агентство по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам) [прим. остальных вкладчиков можно посмотреть в разделе «7. Благодарности» описания студенческого проекта поисковой системы от 1998 года].

Даже учитывая, что при Шмидте Google и приобрел образ чрезмерно дружелюбного технологического гиганта, все это время шло построение тесных связей с разведывательным сообществом.

main_gglsw4u.jpg Фотоматериал из оригинального перевода Сергея Ворничеса

К 2013 АНБ стало систематически нарушать Акт о внешней разведывательной деятельности (Foreign Intelligence Surveillance Act, FISA), будучи под руководством генерала Майкла Хайдена (Michael Hayden). Это были дни «тотальной информационной осведомленности» [прим. Total Information Awareness — радикальная программа слежки за отдельными личностями с целью выявления их возможного поведения, была начата после 11 сентября под началом DARPA.Хоть она и была остановлена в 2003 в связи с протестами, ее фундамент мог послужить для будущей массовой слежки АНБ]. 

Прежде, чем программа PRISM была задумана, по приказу Белого Дома Буша, АНБ уже было готово «собрать, пронюхать, узнать, обработать и использовать все» [прим. цитата из видеообращения Эдварда Сноудена].

В тот же период времени, Google, объявивший своей корпоративной миссией собрать и «упорядочить всю мировую информацию, сделав ее общедоступной и полезной» принимает от АНБ платежей на сумму 2 миллиона долларов за предоставление Агентству поисковых инструментов для быстрой обработки базы краденных знаний.

В 2004 Google приобрел Keyhole, картографический стартап, который был основан на средства Национального геопространственного разведывательного управления (National Geospatial-Intelligence Agency, NGA) и ЦРУ. На его основе была создана программа Google Earth, enterprise-версию которой Google продал Пентагону, а также получил миллионные контракты от федеральных и государственных агентств. 

В 2008 при поддержке Google был запущен первый космический спутник NGA под названием GeoEye-1, снимками с которого компания делилась с американскими военными и разведкой. В 2010 NGA наградила Google контрактом на «визуализацию геопространственных услуг» суммой в 27 миллионов долларов.

В 2010, когда китайское правительство обвинили в хакерской атаке на Google, компания вступила в отношения «формального обмена информацией» с АНБ, что позволило аналитикам Агенства производить «оценку уязвимости» ПО и оборудования Google. И хотя условия сделки не разглашаются, АНБ пригласило на помощь и другие агенства, включая ФБР и Департамент национальной безопасности.

Примерно в то же время компания Google начинает участвовать в программе под названием Enduring Security Framework (ESF), повлекшей создание сети быстрого обмена информацией между компаниями Кремниевой Долины и филиальными агенствами Пентагона. Электронные письма, полученные в 2014 году, показывают, что Шмидт и Сергей Брин свободно общаются с генералом Китом Александером, главой АНБ по поводу программы ESF. 

В расследовании по полученным письмам акцент делается на фамильярности в переписке между этими людьми. «Генерал Кит… так рад вас видеть…!« — писал Шмидт («General Keith. . . so great to see you. . . !«). Но большинство отчетов по переписке упускает ключевую деталь. «Ваши идеи как ключевого члена оборонно-промышленной базы, — писал Александер Брину — «имеют большую цену, так как обеспечивают программе ESF ощутимую отдачу».

Департамент государственной безопасности определяет оборонно-промышленную базу как «всемирный производственный комплекс, который позволяет проводить исследования и разработку, а также проектирование, производство, доставку и поддержку военных оружейных систем, подсистем, а также частей и компонентов для удовлетворения военных требований США».

main_%D0%A1%D0%BD%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%B Скриншот из видео в инстаграме Эрика Шмидта от 2 мая 2014 года, с демонстрацией работы одной из первых версий знаменитых роботов компании Boston Dynamics, которую Google, по последним новостям, продает

Оборонно-промышленная база предоставляет «продукты и услуги, которые имеют важное значение для мобилизации, развертывания и поддержки военных операций». Включает ли это регулярные коммерческие услуги оказываемые американским военным?

Нет. Определение конкретно исключает покупку коммерческих услуг. Что бы ни делало Google «ключевым членом оборонно-промышленной базы», это точно не кампании по продвижению в Google AdWords или проверка Gmail-аккаунтов солдат.

В 2012 году Google вошел в список главных транжир на лобби в Вашингтоне — обычно в этот список попадают исключительно Торговая палата США, военные подрядчики и углеводородные левиафаны. 

Google оказался в списке выше военно-космического гиганта Lockheed Martin, потратив 18,2 миллиона долларов, в сравнении с 15,3 миллионами Lockheed Martin. Boeing, военный подрядчик, поглощенный McDonnell Douglas в 1997, тоже оказался ниже, с тратами в 15,6 миллионов; Northrop Grumman [прим. Справка из Вики: Northrop Grumman Corporation — американская военно-промышленная компания, работающая в области электроники и информационных технологий, авиакосмической отрасли, судостроении] также оказалась ниже, потратив 17,5 миллионов долларов.

Осенью 2013 года, администрация Обамы пыталась получить одобрение авиаударов в Сирии. Несмотря на неудачи, администрация продолжала настаивать на военных действиях в сентябре в речах и публичных выступлениях президента Барака Обамы и госсекретаря Джона Керри. 

10 сентября Google одолжил свою главную страницу — самую популярную страницу в интернете — для поддержки войны, разместив под поисковой строкой запись «Живьем! Секретарь Керри отвечает на вопросы по Сирии.

Сегодня в 14:00 через Hangout» (Live! Secretary Kerry answers questions on Syria. Today via Hangout at 2pm ET.) [прим. Ассанж отмечает, что помимо прочего, этот случай нарушает первую из 10 корпоративных «заповедей» Google: «интерфейс нашей домашней страницы прост и понятен, а страницы загружаются мгновенно. Места в результатах поиска не продаются никому, реклама всегда обозначена как таковая и наполнена соответствующим содержанием, чтобы не отвлекать»].

main_scr.png Домашняя страница Google 10 сентября 2013 года

Колумнист New York Times, или, как он сам себя называет «радикальный центрист», Том Фридман (Tom Friedman), в 1999 году описывал отношения между американскими технологическими компаниями и правительством, как нечто сродни «свободному рынку»:

«Невидимая рука рынка никогда не будет работать без невидимого кулака. McDonnell не сможет процветать без McDonnell Douglas, проектировщика F-15. Скрытый кулак, который держит в безопасности процветающий технологический мир Кремниевой Долины, зовется армией США и Морским корпусом».

Если что-то и изменилось с тех пор, как были написаны эти слова, так это то, что Долина выросла из своей пассивной роли и пытается укрощать этот «невидимый кулак», становясь для него чем-то вроде вельветовой перчатки. 

Так, в 2013 году, Шмидт и Коэн утверждают: 

«То, чем Lockheed Martin была для двадцатого века, технологические компании и компании, специализирующиеся на информационной безопасности будут для двадцать первого».

Это лишь одно из многих смелых утверждений, сделанных Шмидтом и Коэном в их книге, которая в итоге была опубликована в апреле 2013 года. Рабочее название «Империя разума» сменилось на «Новая цифровая эра: меняя будущее людей, наций и бизнеса». 

К тому времени, как она была выпущена, я успел запросить и получить политическое убежище у правительства Эквадора и укрыться в их посольстве в Лондоне. На тот момент я провел уже год в их посольстве под наблюдением полиции, заблокировавшей безопасный выход из Соединенного Королевства. 

Уже в Сети я заметил жужжание прессы, реагирующей на книгу, легкомысленно не обращавшей внимание на цифровой империализм в заглавии и предпубликационную похвалу от знаменитых разжигателей войны, вроде Тони Блэра, Генри Киссинджера, Билла Хайдена и Мадлен Олбрайт.

main_kisses.png Эрик Шмидт и Генри Киссинджер, госсекретарь и глава Национального совета безопасности при Ричарде Никсоне во время «непринужденной болтовни» – встречи с сотрудниками в главном офисе Google в Маунтин-Вью, Калифорния, 30 сентября 2013 года

Объявленная как дальновидный прогноз научно-технического будущего, книга не выполняет своего предназначения. Не удается даже вообразить будущее, хорошее или плохое, которое отличалось бы от настоящего. Эта книга — упрощенное слияние идеологии «конца истории» Фукуямы — модной в 90-х — и быстрых мобильных телефонов. 

По ней размазаны избитые лозунги округа Колумбия, ортодоксальность Государственного департамента, и льстивые заигрывания с Генри Киссинджером. Содержательность низкая — даже убыточная. Это, казалось, не соответствует профилю Шмидта, того резкого, тихого человека в моей гостинной. Но читая, я стал понимать, что эта книга не является серьезной попыткой взглянуть в будущее. Это была песнь любви от Google Вашингтону. Google, пышнорастущая цифровая сверхдержава, предлагает Вашингтону стать его геополитическим провидцем.

С одной стороны, это просто бизнес. Для монополии американских интернет-сервисов, чтобы обеспечивать глобальное влияние не достаточно просто продолжать делать, что они делали и позволить политикам заботиться о себе самим.

Американское стратегическое и экономическое господство становится для этих компаний важнейшей опорой в собственном доминирующем положении на рынке. Что делать мегакорпорации? Если она хочет оседлать мир, ей необходимо стать частью первоначальной «империи добра» («don’t be evil» empire).
Но часть жизнерадостного образа Google как «больше, чем просто компании» происходит от ощущения того, что эта компания не может быть чем-то большим и злобным. 

Ее склонность заманивать людей в свои ловушки с гигабайтами «бесплатных хранилищ», создает впечатление, что Google раздает услуги бесплатно, действуя вопреки соображениям корпоративной пользы. Google воспринимается как сугубо благотворительное предприятие — волшебный двигатель, управляемый таинственными мечтателями — ведущий в утопичное будущее. 

Временами компания начинает озабоченно культивировать этот образ, вливая финансы в инициативы «корпоративной ответственности», чтобы производить «социальные изменения» — примером послужит Google Ideas. 

Но Google Ideas показывает — «благотворительные» усилия компании тоже приносят неловкую близость к империалистической стороне американского влияния. Если Blackwater/Xe Services/Academi [прим. наемное охранное предприятие, приобретшее дурную славу за убийства гражданского населения в Ираке] запустит программу вроде Google Ideas, то непременно встретит шквал критики. Но Google почему-то проход открыт.

[прим. Сноска: Утопизм нередко граничит с манией величия. Так, Ларри Пейдж публично высказывался о своем видении Google-микрогосударств, наподобие Парка Юрского периода: «Законы… они не могут быть правильными, если им 50 лет; они появились еще до интернета. […] Может, мы могли бы отделить кусок мира… […] и создать среду, где люди могут делать что-то новое? 

Я думаю, мы, как технологичные люди, должны иметь безопасное место, где могли бы делать новые вещи и изучать, как они повлияют на общество, какое воздействие окажут на людей — без необходимости развертывания во всем мире.]

Является ли Google просто компанией или «больше, чем просто компанией», ее политические стремления тесно вплетены во внешнеполитическую повестку крупнейшей в мире сверхдержавы. 

По мере того, как монополия поиска и других интернет-сервисов Google растет, пока производственная слежка покрывает все большее население планеты, быстрорастущий мобильный рынок и начавшаяся гонка за покрытие мира Сетью, делают Google синонимом слова «интернет» все для большего количества людей. 

Возможность компании влиять на выбор и поведение человека наделяет ее властью влиять на ход истории. Если будущее интернета в том, чтобы стать Гуглом — это повод начать беспокоиться для людей во всем мире: в Латинской Америке, в Восточной и Юго-Восточной Азии, в Индии, на Ближнем Востоке, в экваториальной Африке, в странах бывшего Советского Союза и даже в Европе — для всех тех, для кого интернет воплощает надежду на альтернативу американской культуре, экономике и стратегическому господству.

«Империя добра» остается империей.

  

http://www.therunet.com/articles/6122

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас